• Личный кабинет

    Используйте аккаунты из социальных сетей для быстрого входа на сайт:

  • 0 товаров
    Сумма: 0
    Ваша корзина пуста
Меню
Назад » »

Агрессии у детей

Агрессия — именно из-за неё родители чаще всего обращаются к врачам-психиатрам и детским психологам. Как отличить здоровую агрессию от патологической? И как помочь ребенку? Рассказывает детский психиатр Елисей Осин.

Агрессия — это обязательная часть здорового развития человека. Любое творческое действие, создание нового начинается с уничтожения старого: маленький ребёнок, перед тем как начать лепить фигурки из пластилина, отрывает от большого бруска кусочки и разминает их в руках, разрушая прежнюю структуру; философ разбирает, переваривает в голове идеи других людей, прежде чем у него созреет своя; строитель сносит старый дом, чтобы построить на его месте новое здание... Питание — это тоже по-настоящему агрессивное действие: для того, чтобы как следует усвоить пищу, её нужно оторвать, измельчить, а затем тщательно пережевать.

Но агрессия, как и всё в жизни, хороша на своём месте — тогда, когда есть в ней необходимость: ведь способность напасть, прогнать, напугать может спасти жизнь человека и его близких. Проблемы же начинаются тогда, когда она проявляется в тех формах, которые считаются неприемлемыми, и в тех ситуациях, где она абсолютно не нужна. Маленький ребёнок агрессией реагирует на многие трудности, с которыми он сталкивается, это одна из самых первых реакций, которой ребёнок научается. До тех пор, пока у ребёнка не развивается речь или жесты, он может толкаться, кусаться, даже бить тех, с кем не получается договориться. А как только дети овладевают даже простейшими способами коммуникации, внешняя, нападающая агрессия идёт на убыль. Зачем бить того, кого можно попросить, уговорить или как-то дать ещё понять, чего хочешь?

Но нередко бывает, что проблемное поведение наблюдается и у тех детей, кто хорошо умеет говорить, кто как будто почти ничем не отличается от своих более спокойных сверстников, кто выглядит совершенно нормальным. Дошкольники могут толкаться, кидаться игрушками, младшие школьники — легко раздражаться, бить, отнимать чужие вещи, подростки — организованно нападать на более слабых, устраивать драки. Признаками патологической, "неправильной" агрессии будут:

постоянство: агрессия становится неспецифической реакцией на самые разные ситуации, и наблюдается в течение нескольких месяцев;

проявление в особо опасных формах: например, удары руками, ногами, предметами, сознательная порча имущества, поджоги, а также аутоагрессивные действия;

дезадаптация — то есть потеря ребёнком из-за агрессии друзей, доверия родителей, учителей.

Но было бы огромной ошибкой все подобные проявления объединять в одну проблему. Агрессия, даже патологическая — это внешнее проявление, за ней лежат разные нарушения. Мы уже говорили о том, что даже в норме агрессия выполняет разные задачи, в том числе и вполне мирные — точно так же и при патологии.

Мы расскажем вам четыре настоящие истории детей и подростков для того, чтобы проиллюстрировать четыре типа агрессии. Выделить эти типы удалось благодаря наблюдениям за животным миром, в котором способность активно нападать, защищать, прогонять — жизненно важна. Оказалось, что параллели из животного мира вполне уместны в мире людей. Конечно, такие сравнения всегда будут немного условны и неполны, но они действительно могут лучше понять детское поведение, подобрать ключики к его изменению.

История первая. Агрессия как инструмент

Саше пятнадцать лет. Он учится в общеобразовательной школе, совсем не последний ученик. Его семья из тех, которые называют неблагополучными: отец ушёл, когда мальчику не было года, мать воспитывает Сашу и двух его братьев кое-как, редко работает и часто пьёт. Несмотря на эти обстоятельства, Саша вырос неглупым мальчиком, исправно ходит в школу и даже получает неплохие оценки. С конца начальной школы на него начали жаловаться одноклассники, рассказывали, что мальчик отнимает у них деньги, игрушки. Тогда Саша был наказан, мать вызывали в школу — и казалось, что проблемы прошли. Вдруг в конце очередного учебного года разразился скандал. Мать одного из Сашиных одноклассников обратилась в милицию. Она рассказала, что её сын в последнее время очень сильно изменился в поведении, стал угрюмым, раздражительным, стал воровать деньги и вещи из дома. Когда родители вызвали мальчика на серьёзный разговор, он, трясясь от страха, рассказал, что Саша терроризирует его и других детей: несколько раз вместе с друзьями избивал его по дорогое из школы, угрожал, что если тот не будет приносить деньги и вещи из дома, то будет бить ещё и ещё. Когда милиция пришла к Саше домой, то нашла у него многое из того, что пропало из домов одноклассников. Мальчик не отпирался и рассказал милиции, что деньги тратил на еду для себя и братьев, а что оставалось — на развлечения и подарки друзьям из компании.

Герой этой истории, несомненно, агрессивный мальчик. Он несколько раз избивал одноклассника, угрожал и пугал его. Этот тип агрессии называется "инструментальным", в этом случае агрессия не несёт специальной цели нанесения вреда тому, на кого она направлена. Цель агрессии — получение денег, вещей, а угрозы и насилие — это инструмент для её цели. В животном мире подобная инструментальная агрессия используется с несколькими целями, в первую очередь это получение еды и доминирование в стае. Для такого типа агрессии характерны особенные физиологические реакции: животное в момент насилия скорее спокойно, действует расчётливо, сердце его бьётся ровно, дыхание глубокое, а движения тихие и незаметные или, наоборот, намеренно яркие и громкие. Вспомните, как охотится кошка, как долго она способна ждать, чтобы совершить быстрый и решительный прыжок. Саша тоже действовал расчётливо и спокойно. После первого наказания в начальной школе он довольно быстро сориентировался и выбрал ребёнка, которого он сможет запугать так, что тот ничего не расскажет. Он планировал свои нападения, поджидал мальчика в безлюдных местах. После нескольких таких встреч Саше даже не приходилось бить одноклассника — запуганный мальчик беспрекословно выполнял его требования. Другим примером инструментальной агрессии может быть поведение маленького ребёнка, который каждый раз, когда его заставляют что-то делать, отталкивает или бьёт взрослых. Возможно, он выучил когда-то, что на его действия родители реагируют тем, что отступают, пугаются или очень сильно расстраиваются, теперь же прибегает к нему каждый раз, чтобы добиться этого же эффекта.

Такой тип агрессии, конечно, в наименьшей степени представляет собой медицинскую проблему: для избавления от него не помогут никакие лекарства. В случае Саши корни такого поведения — в тяжёлой жизненной ситуации, в которой он воспитывается, в условиях, в которых он растёт, а значит, первое, что нужно делать — это менять условия. Наш герой хотел есть, заботиться о своих братьях, гулять с друзьями, а для исполнения желаний выбрал наиболее доступный способ действий, поэтому, чтобы агрессия не повторялась, нужно обучить мальчика другим способам добывания того, что ему нужно. Кроме этого, если сделать так, что агрессия не приведёт к желаемому результату, а приведёт к последствиям негативным, то ещё более велика вероятность, что ребёнок оставит её ради новых способов достижения цели.

Что же случилось дальше с Сашей? Ему очень повезло: он попал в суд, где практиковалось восстановительное правосудие. Судья спросил Сашу и его семью, хочет ли он традиционного уголовного следствия или альтернативного способа разрешения возникшего конфликта — встречи с пострадавшим в присутствии посредника с целью заглаживания нанесённого вреда. После их согласия на такую встречу он спросил об этом же у семьи пострадавших, которые тоже согласились. Саша с помощью психологов просил прощения у обиженного им одноклассника и вместе с ним выработал способы загладить свою вину. Психологи помогли собрать всю семью раскаявшегося мальчика — а оказалось, что у матери есть два брата, обеспокоенные судьбой своих племянников, — и выработать план совместных действий по преодолению накопившихся проблем. Саша переехал жить к старшему дяде, регулярно навещал свою мать и оставался у неё на выходных. Кроме этого, Сашу записали в подростковый клуб, где он проводил много времени в кружках и даже начал осваивать компьютер. Оказалось, что у Саши замечательный инженерный талант. Сейчас он оканчивает школу и после армии хочет работать системным администратором.

История вторая. Агрессия как импульс

Дима с раннего возраста был непоседой. И это мягко сказано! Он выбирался из любых самых высоких манежей, забирался в самые невероятные места, на улице убегал от родителей, выбегал на дорогу, несколько раз терялся. Умненький и смышлёный, он быстро научился читать, писать, считать и, казалось, был готов к школе. Но с первого же класса у него возникли серьёзные проблемы с учёбой: он не сидел на месте на уроках, он перебивал учителя, постоянно отвлекался. На переменах он носился быстрее всех, не раз падал, получая довольно серьёзные травмы. И часто дрался, в основном на переменах. Было достаточно того, чтобы его кто-то толкнул в коридоре, — Дима тут же, не раздумывая, бил в ответ, куда попало, лишь бы попасть. Мальчик очень легко раздражался, и даже на уроке, когда сосед сзади делал ему замечание, он мог повернуться и на глазах у учителя его ударить. Через минуту Дима уже успокаивался и даже просил прощения, но вскоре дети перестали с ним дружить, а учителя записали в разряд хулиганов, посоветовав родителям перевести в школу для девиантных детей. Сколько раз его ни наказывали в школе и дома, он по-прежнему продолжал драться. Когда у него спрашивали, почему он это делает, он разводил руками и опечаленно говорил: "Не знаю сам, не могу себя удержать!" Первое, что бросается в глаза — Дима совсем не скрывается, когда ведёт себя агрессивно. Мало того, его раздражительность и агрессия не приносят ему совершенно никакой пользы, лишь сильнее портят отношения с одноклассниками, учителями и родителями. Дима сам негодует на себя, но, похоже, ничего поделать сам с собой не может. Такой тип агрессии называется "импульсивной" агрессией. В её основе лежит неспособность сдерживать реакции, возникающие на какой-то внешний раздражитель или внутреннее желание. В норме между возникновением внешнего стимула и нашей реакцией на него проходит какое-то время: мы оцениваем разные варианты нашей реакции, оцениваем ситуацию, вспоминаем предыдущий опыт и выбираем наилучший вариант из возможных. Чем больше времени мы тратим на выбор реакции, тем более она продумана. При импульсивной агрессии проблема именно в том, что ребёнок действует, не учитывая окружающую обстановку, возможные последствия своих действий, реакцию на них окружающих, — он делает то, что первое пришло ему в голову. Если проводить параллели с животным миром, то можно вспомнить, например, поведение лошадей, которых внезапно испугали. Первое, что приходит им в голову, — бежать, и они бегут, не разбирая дороги, способные затоптать любого, кто попадёт им под копыта. Иногда бегут даже в пропасть. У людей это бывает при расстройстве, которое называется синдромом дефицита внимания и гиперактивности (СДВГ). Одно из ключевых нарушений при СДВГ — это именно неспособность удерживать себя, сдерживать в себе возникающие побуждения, то есть импульсивность. Это расстройство развивается вследствие неправильной работы отделов головного мозга, в первую очередь, лобных долей, отвечающих за выполнение поставленных перед человеком задач, за организацию собственного поведения.

Само собой, наказания не помогут такому ребёнку, а, скорее всего, навредят. В нашей истории так и происходило: Дима терял друзей, терял доверие старших, но научиться себя сдерживать не мог. При таком типе агрессии могут помочь некоторые лекарства, а также усилия, направленные на создание для ребёнка максимально спокойной среды, особенно в тех ситуациях, когда импульсивные реакции наиболее возможны. В Димином же случае это были перемены.

Диму проконсультировал детский психиатр, поставил ему диагноз СДВГ и назначил лекарство, приём которого существенно снижал выраженность симптомов. Кроме этого, учителям посоветовали организовывать для Димы во время перемен более спокойные условия с меньшим числом раздражающих стимулов. Мальчика сажали в библиотеку и позволяли играть в любимую приставку. Всё это дало замечательный результат — конфликтов в школе стало в разы меньше. С возрастом импульсивность у Димы значительно снизилась, он стал лучше себя сдерживать, хотя и оставался более раздражительным, чем его сверстники.

История третья. Агрессия как аффект

Маше восемь лет, и её боятся собственные родители. Бывают дни, когда Маша спокойна и дружелюбна, спокойно играет с ребятами, слушается родителей. Но бывают дни, в которые девочку как будто подменяют. Родители уже с утра замечают, что настроение девочки поменялось — по глазам, по походке, осанке. И ждут беды. В такие дни нужен лишь повод, чтобы Маша взорвалась, как маленькая бомба: из-за слишком горячего чая, из-за брошенного на неё взгляда, из-за замечания она внезапно меняется в лице, краснеет, кричит, угрожает, оскорбляет. В школе детям достаётся ещё больше: Маша может налететь с кулаками, жестоко бить тех, кто, как ей показалось, её обидел. Маша долго не успокаивается, убегает в свою комнату, там кидает книжки, игрушки, лишь через полчаса приходит в себя.

Нетрудно заметить отличительную черту этого типа агрессии — в основе лежит сильная, длительная, неконтролируемая эмоция — аффект. Такой тип агрессии связан с нестабильностью аффекта, внутренними колебаниями настроения, не связанными ни с какими внешними причинами. Чтобы понять этот тип агрессии, представьте себе какого-нибудь до предела разъярённого животного — например, быка. Его глаза наливаются кровью, дыхание становится частым, сердце колотится. Этот бык уже не просто животное, он — настоящее орудие разрушения. Аффект, чувство гнева придаёт ему силы и выносливости, он делает его бесстрашным и даже нечувствительным к боли. У людей гнев может делать всё то же самое. Хорошо, когда он возникает к месту — например, когда нужно прогнать хулигана. Но плохо, когда это сильное чувство возникает само по себе, ведь даже близкие и дорогие люди начинают ощущаться как враги. У людей так бывает при некоторых эмоциональных расстройствах, биполярном аффективном расстройстве (когда настроение легко и без причины меняется от повышенного до сниженного), последствиях травм головного мозга, расстройствах аутистического спектра. При этих расстройствах нарушается способность регулировать собственные эмоции — их характер и выраженность. В каком-то смысле человек с таким нарушением становится рабом возникшего у него сильного чувства: чувство начинает руководить им, а не он чувством. Большой проблемой в этом случае, как и в случае импульсивной агрессии, будет то, что агрессивные действия оказываются направлены не на достижение какой-то специфической цели, а на нанесение вреда. Кстати, этот тип агрессии сильно связан с импульсивной, они нередко наблюдаются вместе, хотя всё-таки и являются разными по своей сути явлениями.

Родители обратились с Машей к детскому психиатру. После обследования девочке был поставлен диагноз биполярного аффективного расстройства. Доктор назначил лекарство, стабилизирующее настроение, и направил её к психологу на занятия по развитию эмоциональной сферы. На этих занятиях Маша училась определять свои эмоции, говорить о них. Благодаря лекарству вспышки гнева у Маши стали проявляться гораздо реже, а на занятиях с психологом девочка научилась распознавать моменты, когда она начинает выходить из себя, и говорить об этом детям и родителям, просить, чтобы её на некоторое время оставили в покое.

История четвёртая. Агрессия как страх

Володе десять лет. Он никогда не был простым парнем — очень подвижный, с неустойчивым настроением, склонный к страхам и тревоге. Первые два класса были очень сложные, мальчик то отказывался ходить в школу, то нарушал школьную дисциплину. В конце первого класса Володю отсадили на последнюю парту за плохие успехи в учёбе, и у него развилась настоящая депрессия: ему казалось, что он хуже всех. В новой школе у другого учителя Володя, почувствовав заботу и ласку, расцвёл, завёл близких друзей, стал хорошим учеником. Летом после третьего класса мальчик поехал в лагерь, поехал один. Этой поездки он очень ждал, ведь это было настоящее приключение! Но с первых же дней Володя начал звонить домой и просить маму его забрать. Он жаловался, что его бьют дети, отнимают игрушки, что он стал "козлом отпущения", никто с ним не дружит... Воспитатели по телефону успокаивали взволнованную маму, обещали, что мальчик привыкнет и адаптируется. Когда мама через месяц забрала своего сына, она его не узнала. Хмурый, напряжённый, он почти не говорил, лишь сквозь зубы проклинал мать за то, что она его туда отдала. Володя стал очень беспокойно спать, ему снились кошмары, о которых он не хотел никому рассказывать. Дома Володя несколько раз устроил страшные истерики: вдруг ни с того ни с сего крушил мебель, кричал, плакал, набрасывался с кулаками на тех, кто пытался его держать. Такой же эпизод однажды был и на улице, когда он увидел мальчика, с которым был в лагере: Володя начал орать, что он его убьёт, кидался камнями, пытался куда-то убежать. Истерики исчезали неожиданно — почти так же, как и начинались. Мама, испугавшись изменений в состоянии мальчика, госпитализировала его в психиатрическую больницу.

Когда немного позже психолог разговаривал с Володей о том, что с ним происходило, мальчик рассказал, что после произошедших событий он постоянно ощущал повышенную тревогу, а иногда и страх за свою жизнь. И страх, и тревога — это адаптивные реакции организма на опасные ситуации, однако при некоторых расстройствах эти переживания достигают такой выраженности, что человек теряет способность их контролировать. Вместо того, чтобы организовать поведение человека для защиты, они дезорганизуют его, вызывая ненаправленную агрессию, раздражительность, нарушения сна. Нередко эпизоды возбуждения несколько разряжают тревогу, дети могут испытывать облегчение, такое облегчение после странных истерик испытывал и Володя. Подобное наблюдается при депрессиях, тревожных расстройствах, некоторых типах расстройств личности и очень часто при посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР). Суть этих расстройств именно в том, что тревога выходит из-под контроля человека, наблюдается без внешнего повода, и у детей очень часто приводит к возникновению агрессии. Это агрессия, связанная с чувством страха, по сути своей — защитная. Представьте себе загнанную в угол крысу. Ей некуда бежать — и она набрасывается на противника, в десятки раз превышающего её в размерах. Как только появляется возможность убежать, она тут же ею пользуется. Проблема в том, что те, кто постоянно испытывает тревогу, не могут от неё убежать, как это делает животное, и вне ситуации внешней опасности раз за разом будут возбуждаться, пытаясь защитить себя. От такой агрессии тоже не поможет наказание, следует лечить те состояния, которые её вызвали: депрессию, тревогу, ПТСР.

Володя в момент госпитализации при расставании с матерью снова выдал страшную истерику — бегал по больнице, прятался под лавками, кричал так, как будто его собираются убить. Дежурный врач, не успев разобраться, пригрозил мальчику, что если он не успокоится, то его серьёзно накажут. Это не просто не помогло — испуганный мальчик накинулся на врача с кулаками! Только через некоторое время лечащий врач распознал за выраженной агрессивностью глубокий страх: Володя был уверен, что родители его бросили (снова, как ему казалось), и оставят в больнице навсегда. Неудивительно, что он занял оборонительную позицию. Доктор связался с родителями и попросил их приезжать к мальчику каждый день. Почувствовав расположение врача, безопасность, постоянно встречаясь с мамой, Володя стал гораздо спокойнее и смог посещать занятия с психологом. На занятиях он долго не мог рассказать о том, что было с ним в лагере, лишь после некоторых встреч смог довериться и поведать свою историю. Оказалось, что тогда в лагере у мальчика были серьёзные причины опасаться за свою жизнь. Мальчику был поставлен диагноз посттравматического стрессового расстройства. Понемногу тревога и страх уходили, психолог помогал обрести уверенность в себе и прожить тяжелейший опыт. Володя вернулся из больницы полностью выздоровевшим.

Конечно, редко когда бывает, что эти виды агрессии наблюдаются в чистом виде. Часто импульсивная агрессия наблюдается вместе с аффективной возбудимостью, инструментальная агрессивность нередко бывает у детей с импульсивностью и так далее. Однако почти всегда можно выделить тип, который доминирует у этого конкретного ребёнка, и с ним работать. Патологическая агрессия — это не единая проблема, даже когда внешние проявления её одинаковы у разных детей. Требуется много внимания и понимания для того, чтобы понять, из-за чего ребёнок ведёт себя опасно, понять, как ему помочь.

Источник: Перейти

Никто не решился оставить свой комментарий.
Будь-те первым, поделитесь мнением с остальными.
avatar